Ирина КАРАЕВА

Ирина КАРАЕВА
10.07.2017 prospect
In Интервью

Ирина КАРАЕВА:

«КАЖДАЯ НОВАЯ ЖИЗНЬ – ЧУДО, К КОТОРОМУ НЕЛЬЗЯ ПРИВЫКНУТЬ»

«АКУШЕРСТВО – ЭТО НЕ ПРИЗВАНИЕ, ЭТО СУДЬБА», – СКАЗАЛ ИЗВЕСТНЫЙ РОССИЙСКИЙ РЕАНИМАТОЛОГ ЕФИМ ШИФМАН. ЕГО ОХОТНО ЦИТИРУЕТ НАША ГЕРОИНЯ – ЗАВЕДУЮЩАЯ РОДИЛЬНЫМ ОТДЕЛЕНИЕМ РЕСПУБЛИКАНСКОЙ КЛИНИЧЕСКОЙ БОЛЬНИЦЫ, АКУШЕР-ГИНЕКОЛОГ, ВРАЧ ПЕРВОЙ КАТЕГОРИИ, КАНДИДАТ МЕДИЦИНСКИХ НАУК ИРИНА КАЗБЕКОВНА КАРАЕВА, ЧЕЛОВЕК ЯРКОЙ, УДИВИТЕЛЬНОЙ СУДЬБЫ. РЕШИВ ОДНАЖДЫ ПОМЕНЯТЬ СВОЮ ЖИЗНЬ, ОНА, НЕ КОЛЕБЛЯСЬ, ОСТАВИЛА ПОЗАДИ 18 ЛЕТ ПРЕПОДАВАНИЯ В СОГУ НА КАФЕДРЕ СОЦИАЛЬНОЙ РАБОТЫ, КОТОРОЕ ПУТЕМ НЕЧЕЛОВЕЧЕСКИХ УСИЛИЙ СОВМЕЩАЛА С АКУШЕРСТВОМ, И ОТПРАВИЛАСЬ ПОКОРЯТЬ ДАЛЕКИЙ СУРОВЫЙ ГОРОД КРАСНОЯРСК. А ФЕНОМЕН ЭТОЙ ИСТОРИИ ЗАКЛЮЧАЕТСЯ В ТОМ, ЧТО УЖЕ СПУСТЯ ПОЛГОДА ОСЕТИНСКАЯ ЖЕНЩИНА БЕЗ ЗНАКОМСТВ И СВЯЗЕЙ СТАЛА ЗАВЕДУЮЩЕЙ ОТДЕЛЕНИЕМ ПАТОЛОГИИ ОДНОГО ИЗ КРАСНОЯРСКИХ РОДИЛЬНЫХ ДОМОВ, А ЧЕРЕЗ ТРИ ГОДА БЫЛА НОМИНИРОВАНА НА ЕЖЕГОДНУЮ ПРЕМИЮ «ПРИЗВАНИЕ – ВРАЧ». РЕШИТЕЛЬНАЯ, ПРЯМОЛИНЕЙНАЯ И БЕЗОГЛЯДНО ВЛЮБЛЕННАЯ В СВОЕ ДЕЛО – ТАКОВА ЭТА ЖЕНЩИНА С ГОРЯЩИМИ ГЛАЗАМИ. ГОВОРИТЬ О НЕЙ БЕЗ ПРИВЯЗКИ К ЕЕ ПРОФЕССИИ ПРОСТО НЕВОЗМОЖНО – НАСТОЛЬКО ОНИ СОВПАЛИ. ЗНАКОМЬТЕСЬ, ИРИНА КАРАЕВА – НЕ КАРЬЕРИСТ, А СКОРЕЕ ТРУДОГОЛИК…

Готовясь к интервью, я наткнулась в Интернете на многочисленные отзывы о вас, причем

все они как на подбор добрые, исполненные благодарностью за ваши профессиональные и личностные качества. Вот один из них: «Благодарю Ирину Казбековну, которая смогла поднять роддом до нормального уровня. Это не предел, и если она останется, то роддом будет становиться все лучше и лучше». Вам важно, какое мнение бытует о вас и врачах возглавляемого вами родительного отделения в народе?

– Общественное мнение действительно очень важно. Ведь мы, врачи, тесно взаимодействуем с людьми, поэтому то, что о нас говорят, безусловно, интересно. В процессе разработки находится официальный сайт родильного дома, где каждый сможет получить ответ на интересующий вопрос, оставить отзыв. В рабочие дни мы проводим утренние конференции, где обсуждаем все спорные и сложные случаи, а также как раз анализируем то, что о нас пишут и говорят в народе, ведь рейтинг любого учреждения формируется именно общественным мнением. Пациенток нашего родильного дома призываю к тому, чтобы обо всех негативных моментах, если они имеют место быть, сообщали мне лично.

Период работы в Красноярке является знаковым, очень важным в вашей профессиональной биографии. Расскажите, чем вас привлек этот далекий, сибирский город, как удалось там «сделать карьеру» и каким было возвращение на родину?

– Каждый человек рано или поздно понимает, что хочет расти – профессионально и личностно. Это здоровые амбиции. Проанализировав свою трудовую деятельность на тот момент, я поняла, что развития нет. Однажды случайно созвонившись со знакомым, который работал в Красноярске, услышала, что там всегда ждут квалифицированных специалистов. И решила действовать – полетела в Сибирь. Зашла наугад в один из родильных домов, и меня взяли! Это не преувеличение, я действительно ничего не планировала, меня никто там не ждал. Просто 4-й роддом г. Красноярска располагался ближе всех остальных к гостинице, где я остановилась, только поэтому первым делом постучалась туда. На тот период я уже защитила кандидатскую степень, была врачом 1-й категории, так что мой опыт работы оценили, и слова моего знакомого оправдались: мне предложили выйти на работу уже на следующий день! Через полгода, когда пришла пора отпуска, главный врач вызвала меня и спросила: «Вы вернетесь?». Дело в том, что при всей заманчивости работы слишком много средств уходило на съемное жилье, поэтому я призналась, что оставаться в Красноярске мне несколько затруднительно. Недолго думая, главврач предложила мне служебную квартиру. Я согласилась. И после отпуска, проведенного в родной Осетии, вернулась в Красноярск, где меня ожидали не только 3-комнатная служебная квартира, но и повышение в должности – я стала заведующей отделением патологии. Работа шла в гору, но было одно весомое «но» – моя семья осталась в Северной Осетии. Поэтому, спустя три года, я все-таки вынуждена была вернуться. Уже будучи здесь, узнала, что Чеченская Республика приглашает на работу высококвалифицированных врачей, и отвезла в их Минздрав свои документы. Тогда министр здравоохранения Чеченской Республики созвонился с нашим министром и поинтересовался, почему врач Караева не имеет работы в своей республике. На следующий же день Селиванов пригласил меня на беседу. Не спрашивая ни о чем, он сказал: «В родильном отделении РКБ есть вакантная должность заведующего, и вы назначаетесь туда». «Мое мнение не учитывается?» – поинтересовалась я. Он ответил мне: «Нет». Это был декабрь 2014 года. Вот таким образом я попала сюда и с тех пор возглавляю родильное отделение.

Где легче работается – в Красноярске или здесь? Чем отличаются люди, медицина, жизненный уклад?

– Это очень сложный вопрос, потому что и там, и здесь есть большие плюсы и маленькие минусы. В Осетии – мой народ, семья, друзья, здесь формировалось мое внутреннее содержание. Вот чем мне ценна жизнь здесь. В Красноярске – другие люди, другой менталитет. Не хуже и не лучше. Сибирь ведь довольно суровая, соответственно, люди порой больше ценят теплоту человеческого общения. А вот система работы там выстроена довольно жестко, четко выстроены отношения в коллективе. Влиться в него мне было, откровенно говоря, сложно. Но там очень высоко ценятся человеческая порядочность, честность, профессионализм. И как любой человек извне, я проходила, так сказать, этапы проверки. И знаете, впоследствии отношения с коллегами и руководством сложились настолько доверительные, что даже говорили: «Если Караева так сказала, значит, так оно и есть». Что касается непосредственно работы, то легче было в Красноярске. Тех проблем с материально-технической базой, с которыми наши врачи сталкиваются ежедневно, там у меня не было. Утренние планерки начинались с вопроса: «Что вам необходимо приобрести, чтобы работалось легче?» В Осетии, к сожалению, вопрос один, и намного печальнее: «Где взять средства?». В Красноярске я смогла в полной мере реализовать свои профессиональные качества, даже заработать себе имя. Поэтому, если была бы возможность вернуть время назад, я бы все равно уехала туда. И все равно бы вернулась, так как здесь, в Осетии, моя семья, дети, которые три года росли почти без мамы.

Вы трудитесь практически нон-стоп и даже вне работы пребываете, что называется, в боевой готовности – врачебный долг может позвать в любой момент. Признайтесь, неужели никогда не возникало желания абстрагироваться, оставить все заботы там, в стенах родильного отделения, а дома быть просто мамой, просто женой?

– Желание – это одно, а возможность – совсем другое. В нашей профессии такого быть просто не может. Акушер – это не мама, не жена, не подруга. Акушер есть акушер, всегда и везде. Если стоит вопрос: заняться домашними делами или бежать на работу, я собираюсь и бегу. И это не потому, что я стараюсь избежать дел по хозяйству. Нет, просто жизнь женщины и ее ребенка для меня на первом месте. И в этом, наверное, и есть удовлетворение. Когда мы видим здоровых детишек, когда мамы уходят от нас счастливые – это самое большее, чего можно хотеть в нашей профессии.

И все-таки домашние дела никто не отменял. Вы как современная женщина успешно совмещаете карьеру и семью. Как вам удается так организовать себя и свое время, чтобы все успеть? И главное – откуда черпаете силы?

– Мой день начинается очень рано. Загружается стиральная машина, включается плита, на которой что-то готовится, параллельно еще несколько дел приходится делать. По-другому никак. А что мне придает сил? Удовлетворение от работы. Еще раз повторюсь: счастливые глаза мам компенсируют все. Каждая новая жизнь – чудо, к которому нельзя привыкнуть и относиться равнодушно. Профессиональное притупление в нашем деле – это больше слова. В глазах коллег я никогда не видела безразличия. На заре своей акушерской карьеры я работала с главным врачом Светланой Михайловной Гасиевой, которая нам, молодым, говорила: «Представьте, что это ваша сестра». Лучшего сравнения и большего стимула, наверное, придумать нельзя. Конечно, если так подходить к делу, то силы и желание работать будут всегда.

Если не «притупление», значит, «выгорание»?

– Да, мы «горим» на своей работе. Сопереживание, сочувствие, понимание – профессиональная черта тех, кто помогает новому человеку родиться на свет. По статистике, самая короткая продолжительность жизни врачей – у реаниматологов. На втором месте – акушеры. Так что когда мы «выгораем», мы просто уходим из жизни. Отдаем все, что имеем. Да, все это я прекрасно осознаю, но по-другому нельзя. Мы же, врачи, – адреналинозависимые! Не будет адреналина, мы зачахнем (смеется). Приведу пример. Вот я ухожу в отпуск (вроде как это здорово), и тут же заболеваю! А если я знаю, что мне завтра на работу – все проходит. Каждый человек зависит от чего-то. Моя зависимость – от работы.

Думаю, не только в профессии, но и в жизни вы – всесторонне развитый человек. Чем вы интересуетесь в свободное время? Что читаете?

– Я люблю книги, читаю немало, но в период работы, конечно, это больше специальная литература. Сейчас мои настольные книги – «Реанимация», «Неотложное акушерство», «Неонатология», «Национальное руководство», то есть то, что необходимо мне ежедневно. А когда выдается случай, в поездках или отпусках, с удовольствием читаю Сомерсета Моэма, Роальда Даля, Джека Лондона, Эриха Марию Ремарк. Недавно перечитывала Эмиля Золя. В общем, есть много литературы, которая мне интересна. Выбор зависит от душевного состояния, настроения. Не ограничиваюсь чтением одной лишь классики – люблю также философию, мистику. Одна из моих подруг – философ, часто беседую с ней на отвлеченные темы. Мне это близко, так как и в медицине есть своя философия. У нас, врачей, особый интерес к человеческой сущности, .

Бытует мнение, что врачи – материалисты, люди, твердо стоящие на ногах, умеющие всему дать рациональное объяснение… Так ли это в вашем случае? Есть ли в вашей жизни место чуду, вере в религиозном смысле?

– Я считаю себя человеком верующим, но это не говорит о том, что каждый раз, проходя мимо церкви, обязательно крещусь. Но религиозность и вера в чудо во мне присутствуют. Опять-таки вернусь к разговору о своей профессии: рождение ребенка – это настоящее чудо, дарованное нам какими-то высшими силами. Потому что, если задуматься, даже сам процесс зачатия – чудо. Из двух клеточек зарождается жизнь, бьется сердечко, появляется человек, наделенный уникальными чувствами и качествами. При всех своих материалистических с философской точки зрения врачебных убеждениях я верю, что есть что-то сверхъестественное, что нам помогает и нами управляет. При этом я не могу сказать, что это «что-то» относится к какой-либо определенной религии. Когда меня спрашивают, к какому вероисповеданию себя отношу, я затрудняюсь с ответом. Родилась я в христианской семье, вышла замуж за мусульманина, к процессу саморазвития и образования отношусь как иудей, в некоторых мировоззренческих взглядах мне близок буддизм. Поэтому ограничить себя рамками одной религии я не могу. Если Бог существует, то какая разница, как мы его назовем? Он внутри нас…

Составляя журналистский портрет героя, нельзя не сказать о том, что ему ближе и роднее всего – о его семье. Расскажите о ней, пожалуйста.

– Мой супруг Марат Кабалоев тоже по образованию акушер-гинеколог, проработал 9 лет в отделении гинекологии РКБ. Как врач он состоялся, но на тот момент мы были молодой семьей, пытались встать на ноги, а заработная плата была смехотворной. Поэтому он принял решение уйти из медицины, чтобы обеспечить семью. Я знаю, он очень скучает по акушерству. Но если бы в моей жизни не было этого человека, я бы не смогла достичь в профессии того, чего достигла. Супруг – мое крепкое плечо. Благодаря ему я всегда могла спокойно заниматься любимой работой, не думая о том, что нужно отвезти или забрать детей из школы, съездить на рынок и т.д. Сейчас дети уже взрослые. Дочка Дина училась на факультете иностранных языков СОГУ и по программе обмена студентами уехала во Францию, где окончила Гаврский университет. Затем она подала документы в Сорбонский университет, где и учится сейчас. Параллельно она успевает работать, в общем, сама себя содержит. Надеюсь, станет техническим переводчиком. Сын Дамир – семиклассник, занимается дзюдо, то есть тоже свободного времени не имеет. Все-таки лучше, чтобы дети всегда были чем-то заняты. В жизни детей стараюсь принимать активное участие, но многие решения они принимают сами. Причем, если они чего-то хотят, то должны обосновать свое желание. То есть мы с мужем заставляем детей думать с самого детства…

Автор – Анастасия Бигаева-Чемшит

Комментариев нет

Оставьте отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

*

code