Персона

Уллу-Тау и озера, к которым можно не ходить

Ущелье Адыр-Су и гора Уллу-Тау в самых его верховьях – общепризнанно одни из самых красивых природных достопримечательностей Кабардино-Балкарии. Чтобы попасть сюда, вам нужно отправиться в Баксанское ущелье, доехать до села Верхний Баксан и свернуть налево, доверившись указателю. Пару петелек дороги спустя, вы попадаете к чуду советской инженерной мысли, сохраненному до наших дней – подъемнику для автомобилей. Конструкция из блоков и тросов поднимет вас непосредственно в ущелье Адыр-Су. Порог, которы й вы так преодолеете, называется Докторским перевалом. Чуть выше расположен пограничный пост, так что непременно возьмите с собой паспорт.

Добрая тетушка

Прежде в Адыр-Су я была всего раз. Вершина Уллу-Тау настолько «попала» в меня, что стала третьей любимой вершиной и моей второй татуировкой, сразу следом за обожаемым с детства Тихтенгеном, который выглядит воплощением идеального представления о том, какой должна быть гора. Примерно, как красавец с обложки глянцевого журнала, который вдруг оказался еще более привлекательным в реальности, да еще и поддержал разговор о том, чем модерн отличается от модернизма, то есть самым наглым образом превзошел все ваши ожидания. Ушба, которая всю жизнь в моем личном топе прекрасного, на его фоне – озорная прекрасная ведьма, будто сошедшая со страниц книги мистических притч. Она точно сведет тебя с ума и бросит с разбитым, но сладко ноющим по ней сердцем, недаром ее зовут Ведьмина гора или Горе-гора. Уллу-Тау же степенна, душа ее широка. Она – та самая прекрасная незнакомка, которую ты с первого взгляда мечтаешь навсегда оставить в своей жизни – женой, подругой, сестрой, да хоть бы даже доброй тетушкой, к которой всегда можно зайти на чашку чая за самым правильным советом.

К этой горе едут отовсюду, чтобы просить о женском счастье, женском же здоровье, ребенке, да просто о чуде. Говорят, все сбывается. Но если вы не страдаете никакими проблемами в означенной области, это совершенно не значит, что вам сюда не надо. Всем очень надо, потому что красота здесь невероятная!

После первой стремительной и очень мимолетной поездки к Уллу-Тау, я целых два года не могла сюда попасть. Надо сказать, что и та первая поездка получилась не сразу, а после нескольких неудачных попыток: то я чем-то заболею, то подъемник сломается.

Закат, звезды и рассвет

Второй раз в ущелье Адыр-Су к Уллу-Тау я собралась совсем внезапно – друзья буквально закинули меня и случайно собранный рюкзак в машину и увезли так, чтобы успеть на закат, звезды и рассвет. Гора встретила нас приветливо, правда чуть позже снизу по ущелью поднялась гроза. Но к месту нашей стоянки долетело всего несколько капель и с десяток не слишком угрожающих раскатов грома, больше похожих на ворчание любящего деда, которого немного разозлили внуки, но в целом он и не ругается, а просто напоминает, кто тут главный.

Мы нагулялись между базами «Джайлык» и «Уллу-Тау», дважды сходили к серебряному источнику, устроили фотосессию с коровками и лошадками. Последние оказались настолько дружелюбны, что приходилось отнимать манжеты и воротники курток, которые были не раз пожеваны, видимо, в порыве нежности. Еще встретили известного в местных кругах ослика-попрошайку. Он умеет делать печальные глаза, жалобно выпячивать нижнюю губу и всем своим видом показывать, как он несчастен и отчаянно нуждается в какой-нибудь вкусняшке. На заметку сердобольному туристу: покормишь один раз – не отвяжется никогда. А еще он тоже жует одежду и вообще кусается, если отгонять его недостаточно решительно.

Где спать и куда смотреть

Если вы собираетесь в эту сторону с ночевкой, тут есть, из чего выбрать место для ночлега: от полян для палаточного лагеря и советских турбаз до вполне современных домиков, правда, с удобствами на улице. Мы остановились в небольшом кемпинге рядом с базой «Джайлык». Деревянные А-образные домики и очаровательно гостеприимный хозяин решили дело. К тому же с этого участка ущелья отличный вид на Уллу-Тау.

Примерно в этом районе, наверное, еще в глубоко советское время пытались сделать то ли озеро, то ли водохранилище. Однако строительство так и не завершилось. Вряд ли мы сейчас узнаем, что закончилось раньше – запал, Союз или финансирование, но в итоге мы получили большую яму, постапокалиптические металлические и бетонные конструкции и лужу, в которой так и не удалось поймать отражение Луны, зато удалось немного захватить Уллу-Тау.

Совсем рядом с «Джайлыком» есть мемориальная стена – отвесное скальное образование с именными табличками погибших альпинистов. Процитированная на одной из табличек «Вершина» Владимира Высоцкого, еще долго звучит в голове, когда спускаешься, бродишь по очень живописной и даже уютной полянке ниже, а затем выходишь к еще одному мемориалу. Судя по выложенным рядом с памятниками прямоугольникам, понимаешь, это уже не просто памятные таблички – здесь покоятся альпинисты. Читаешь фамилии и, сглатывая комок в горле, начинаешь нашептывать «и не похож на монумент тот камень, что покой тебе подарил». Мать-гора Уллу-Тау действительно совсем не похожа на монумент. И вдруг она начинает казаться строгой и грустной в последних лучах солнца.

К сожалению, в это время года Млечный путь через вершину проходит еще до того, как стемнеет. Зато сразу после полного захода солнца и за приличное время до восхода Луны над вершиной появились Юпитер с Сатурном. Сейчас они все еще ходят парой – остатки парада планет. Млечный путь краем, конечно, зацепить удалось, а лунный пейзаж – так и во всей красе. Но ночная съемка – не единственное, ради чего сюда стоит ехать. Здесь можно гулять и фотографировать практически бесконечно. Собирать грибы и ягоды тоже можно, но их к началу сентября почти доели туристы.

Будильник на рассвет

Как я уже сказала, ночная съемка удалась. Утренняя тоже. Будильник на 4.13 был призван не позволить мне проспать предрассветное и рассветное небо. После примерно трех минут торга с собой я все же оделась и вышла наружу. Было гораздо теплее, чем можно ожидать от пятого часа сентябрьского утра в горах. Чуть левее Уллу-Тау в небе висел Орион. Луна и Марс готовились нырнуть за горный массив справа, а Венера едва поднялась над массивом слева. Стремительно светало. Надежды на подкрашенную розовым рассветную гору таяли еще быстрее, чем звезды в небе. Пару золотистых бликов, конечно, удалось поймать, но...

Утро принесло идею всем вместе сходить не по привычной тропе в сторону горы, а подняться к неким озерам, по пути к которым якобы можно увидеть и Уллу-Тау, и Эльбрус. Почти полгода самоизоляции то ли ехидно, то ли возмущенно покашляли за моим плечом, мол, и далеко ты собралась? Иллюзий в отношении собственной физической формы я и без того не питала, но решила идти, куда дойду, фотографировать и, в идеале, не превратиться в кучку нетранспортабельного органического мусора. Мурат – хозяин кемпинга, где мы ночевали, утверждал, что там всего пара крутых подъемов, остальной путь довольно пологий. Я сразу отстала от группы, потому что надо же все запечатлеть – как тут идти быстро? Вышла к речному руслу, частично заваленному огромными валунами, как будто тут остался лежать селевой поток, и, полностью осознавая, насколько я не права, поперлась прямо по нему, рискуя и собой, и всеми теми, на кого это скатится, если я наступлю на живой камень.

Группу я догнала в лесочке. До этого они тоже шли по руслу – неверную тропу выбрали все. Я попросила дать мне спокойно умереть внизу и объяснила, что потихоньку пойду дальше вверх сама, чтобы меня никто не ждал. Умирать я передумала секунд через 10. Дальше ползла и гадала: это уже обещанный пологий подъем или еще пока нет. Отрезки с небольшим уклоном действительно попадались часто. В целом довольно быстро поняла, что Эльбрус я уже видела из самых классных локаций, горные озера я не очень люблю, зато свои колени, тазобедренные суставы и весь прочий прилагающийся к ним организм – очень. Но упрямство не дало остановиться сразу. В какой-то момент даже вспомнила, что вчера меня пару раз куснул осел. Неужели это так работает? Наконец далеко впереди я увидела будто стекающий со скал ручей. Несколько раз его сфотографировала на максимальном приближении, чтобы удостовериться, что это не просто очень светлые камешки сияют на злющем солнце. Пошла. Ручей не приближался – я упорствовала.

Перешагнув через гребешок очередного холма, единственное, на что я оказалась способна – это вопль: «Вода, Господи!». Когда доходишь до столь долгожданной влаги, главное – вовремя остановиться. Ты вроде и понимаешь, что надо выпить стакан максимум, но опомниться успеваешь только на третьем. И твой, пластиковый стаканчик подло подтекает, ты набираешь воды, обещая себе пить понемногу, но глушишь его через пару десятков шагов, умостив попу на очередном валуне с идеальной для этой цели округлой ямкой. Потом оглядываешься и видишь на тропе чей-то окурок: взрыв мозга, занавес, свет гаснет. Следующая сцена – метров 30 от ручья, камень, куртка, телефон.

Полурослики здесь не пройдут

Уйти дальше от ручья я уже не смогла. Решила, что могу себе позволить побыть немного хоббитом-гедонистом и остаться валяться где-то рядом с водопоем. Немного побродив между удобным камешком и вкусным холодным ручьем, я перебралась к последнему и решила, что написать текст о походе хочу прямо сейчас, чувствуя, как колени сквозь джинсы перегреваются на солнце и подскакивая от внезапного треска цикады.

Через пару часов я поняла, что не могу больше жариться и погребла вниз. Другим словом назвать мои перемещения просто пальцы на клавиатуру не опускаются. Пару раз я эпично съехала по камням, но равновесие удержала. Добравшись до леса, решила проверить тропинку, которую мы приняли за правильную, чтобы избежать второй пробежки по огромным валунам. (Уже ходившие по той тропке, заботливо присыпанной сосновыми иголками, сейчас знающе ухмыльнулись). Преодолев обвалившийся в реку отрезок тропы на всех четырех точках опоры и фотоаппарате, я оказалась на развилке. Принимать верные решения, когда нужен выбор чего-то одного из чего-то двух или трех, я патологически не умею. Потому, конечно, пошла по тропе, которая на проверку ею никак не была и закончилась посреди нигде моим лицом в еловой лапе. Я отправилась обратно, начала спускаться по другой тропе, где ковер из иголок все же справился со своей задачей: ноги-руки-техника остались целы. И вот я снова у русла, заваленного валунами. Как и прежде путь мой был долог, тернист, много раз ногоподвернут, дважды рекаперепрыгнут.

В какой-то момент я была на грани того, чтобы сесть на очередной живой булыжник размером с три меня и заплакать. Потом подумала, что слезы ничего не изменят, и просто пошла дальше. Я тащилась по опасным камням, понимая, что друзья даже не знают, где меня искать, чувствовала себя старой, больной и тупой. Последнее получалось как-то особенно остро и обидно.

Занавес

В итоге я вышла на дорогу ниже места, где мы оставили машину, и мучимая жаждой, поплелась вверх. Я уже представляла себе, как ребята давно спустились, пока я блуждала в каменьях, но нет. Помыкавшись вокруг машины, я выложила на капоте имитацию слова «источник» из обломков сосновой ветки, нашла в ущелье последнюю не съеденную ягодку черники и действительно ушла на источник. Говорят, он серебряный, что бы это ни значило. Промытые его водой ссадины тут же перестали болеть. Я вообще ополоснула все, что можно было ополоснуть, не раздеваясь, напилась воды и уселась ждать. К этому моменту наш поход на мифические озера с видом на Эльбрус занимал почти шесть часов.

Пока я заседала на источнике и дописывала читаемый вами текст, пришлось проинструктировать несколько групп туристов из разных городов нашей необъятной родины по поводу того, куда еще в Кабардино-Балкарии стоит съездить (везде), сколько серебряной воды можно пить (сколько помещается в отдельно взятый организм) и стоит ли в источнике купаться (если вы морж – да). Ко времени, когда я решила все же снова пойти в сторону автомобиля, ребята все же нашлись и даже ехали ко мне. Оказалось, что виды там, куда они дошли, были весьма так себе, озера на проверку оказались подсохшей ямкой с мутной лужей, но вид на Эльбрус немного компенсировал разочарование. Таким образом, мне удалось не только выжить, но даже и не расстроиться тому факту, что я не дошла до места назначения.

А к Уллу-Тау, повторюсь, ехать надо всенепременно!

«Проспект-Северный Кавказ» №48/2020

Дарья Шомахова

Автор материала

Дарья Шомахова

Дарья Шомахова